Жестокость в сказках — что это для нежной детской психики?Жестокость в компьютерных играх провоцирует склонность к реальному насилию. Это не гипотеза, а свежедоказанный факт.

Американские ученые провели целую серию опытов. Они внимательно следили за подростками, которые увлекаются разными стрелялками. Оказалось, что изображения сцен уже не виртуального насилия, убийства вызывают у них эмоциональную реакцию заметно ниже нормы.

А как на ранимую психику влияют кошмары, описанные в сказках. На днях я прочитал своему 6-летнему сыну приключения «Барона Мюнхаузена». И мне, честно говоря, было не по себе. Непонятно, куда смотрят защитники животных. Какой пример ребенку подает барон Мюнхаузен, самыми изощренными способами истязающий бедных зверей.

Но, может быть, мы взрослые настолько испорчены, что нам всe видится в черном цвете? А дети воспринимают это совершенно спокойно? Репортаж Юрия Чухина.

«Вся дрожа, несчастная протянула ему ключик, замаранный кровью. «Негодница, ты заглядывала в чулан! Через час ты будешь мертвой!» Точа нож, злодей приговаривал: «Точись, точись, нож, ты перережешь горло моей жене»».

Это не сцена из фильма ужасов и не описание пыток святой инквизиции, это любимые сказки наших маленьких читателей. Висящие на железных крючьях восемь жен Синей Бороды, сварившийся заживо царь в «Коньке-Горбунке» Ершова, пляшущие в красных башмачках отрубленные палачом ноги маленькой девочки у Андерсена. И это прекрасный волшебный мир сказок? От пожирающих детей людоедов и чудовищ иного взрослого начинает бить нервная дрожь, что уж говорить о детской психике?

Борис Зелексон, врач-психиатр: «Если же у ребенка есть какие-то невротические проявления — страх темноты, страх оставаться одному, и вообще он тревожен, боязлив, то на такие вот посылы, которые есть в сказках, он может отреагировать болезненно».

Ирина Филимонова с опаской разглядывает книжные полки в магазине, как бы под обложкой с добрым рисунком не нарваться на очередного сосущего кровь Дракулу или шабаш ведьм на кладбище. Хотелось бы, чтобы полуторагодовалый Максимка спокойно спал по ночам. Не все сказки одинаково полезны — твердое мнение молодой мамы.

Ирина Филимонова, мама Максима: «В сказках встречается жестокость. Например, Золушка, которая была в первоисточнике, там мачеха отрубала вообще пальцы своим старшим дочерям за то, что они не смогли влезть в туфельку».

Современный вариант сказки о Золушке принадлежит Шарлю Перро. В одной из оригинальных средневековых версий этой истории мачеха не доживает даже до середины сказки, Золушка, она же Зизола, ломает ей шею клюшкой от сундука, когда та наклонилась посмотреть на наследство падчерицы.

Ученые объясняют наличие жестокости тем, что изначально сказки были адресованы взрослым. Первые из них появились еще несколько тысяч лет назад, тогда они носили, скорее, прикладной характер, объясняет профессор Морохин, вот уже более 30 лет исследующий этот жанр фольклора.

Николай Морохин, доктор филологических наук, профессор ННГУ: «И они рассказывают о животных, о том, как проходила охота на них, каковы их повадки. Ну, это замечательные памятники культуры. И, конечно, они исходно не предназначались для детского чтения».

Нужно ли выбирать, какие сказки можно читать, какие нет? Этот вопрос сейчас вовсю обсуждается на форумах в Интернете. «Сегодня я прочитаю ребенку сказку «Как замерз и оторвался в проруби волчий хвост, а завтра он пойдет проверять на стойкость хвосты у дворовых кошек и собак»,- пишет один из родителей. «Когда показывают монстров в мультфильмах, бегу оттаскивать дочку от экрана»,- вторит другой посетитель форума.

Выбирать сказки — смешная затея, считает другая мама, Арина Авдеева: «Насилие, которое в сказках встречается, оно по большому счету, на мой взгляд, оправданно, и ребенок, на мой взгляд, даже в двухлетнем возрасте, должен понимать, что жизнь она не только розовая, она многоцветная, и встречаются полосы не очень веселых цветов, и надо быть к этому готовым».

Вот прекрасная иллюстрация — «Волк и семеро козлят» — подбирает она новый сборник для чтения сыне Никите.

Арина Авдеева, мама Никиты: «Волк прыгнул, да провалился в горящую яму, и брюхо у него от огня лопнуло. А хорошие герои, козлятки, положительные персонажи, они выскакивают из брюха и прямо к маме прыг. Так что это учит тому, что зло должно быть наказано».

Добро, конечно, должно быть с кулаками, правда, вопрос, насколько большими должны быть эти кулаки детских сказок, и не слишком ли они там злые, остается открытым.

Игорь Вачков, сказкотерапевт, доктор психологических наук, профессор Московского городского психолого-педагогического университета

Ведущий: «А что по этому поводу нам посоветует эксперт с редкой специальностью сказкотерапевт. У нас в студии доктор психологических наук, профессор Игорь Вачков. Игорь Викторович, добрый день. Нам, и правда, нужно с большой осторожностью выбирать сказки для детей?»

Игорь Вачков: «Безусловно. К сожалению, до сих пор публикуется множество сказок, иногда в очень неудачных переводах того же Андерсена, Шарля Перо, которые не предназначаются, во-первых, действительно для детей, изначально тот же Андерсен. Потому что он своих сказок писал, адресуясь не просто взрослому даже населению, а совершенно конкретным людям. Например, сказка «Дюймовочка» была написана специально для знакомой девушки, которая была очень внешне непривлекательна, и он очень хотел, чтобы у нее всe получилось в жизни.

Ребенок воспринимает сказку часто совершенно не так, как воспринимаем мы с вами. Классический момент, когда Мальчика-с-пальчика отвозит папа в лес и бросает там. С точки зрения взрослого человека — это полный абсурд. Ну, как же так. Родители разве могут поступать таким образом с детьми? Обычно же ребенок воспринимает это совершенно нормально. Да, это может быть. И я попробую объяснить почему. А потому что на самом деле вот в этом маленьком эпизоде фактически ребенок бессознательно воспринимает идею своей будущей автономности, будущей самостоятельности».

Ведущий: «То есть, вы говорите, что сказку выбирать не надо. Всe равно жестокость нужна и необходима для того, чтобы ребенок представлял себе свою будущую жизнь отдельно от родителей в мире, полном подлости, жестокости и обмана, так сказать».

Игорь Вачков: «Не совсем так. Сказки выбирать надо. Прежде всего, на мой взгляд, следует очень осторожно относиться к сказкам Андерсена. Вот у одного из психоаналитиков немецких есть даже такая очень четко сформулированная мысль. Андерсен невротик и свой невротизм он проецировал в своих сказках. Но следует помнить, что это был талантливейший невротик».

Ведущий: «А все ли дети одинаково реагируют на те или иные жестокие эпизоды сказок?»

Игорь Вачков: «Безусловно, нет».

Ведущий: «Отчего это зависит?»

Игорь Вачков: «Это зависит от особенностей психики ребенка. Ну, ответ достаточно очевиден. Дело в том, что, например, ребенок меланхолик по темпераменту, безусловно, будет более чувствителен к этим страшным, пугающим моментам сказки. И вполне вероятно, что, дойдя до этого момента в сказке, он может заплакать, он может отказаться слушать эту сказку вообще. Он может спрятаться и потом всю ночь бояться, переживать».

Ведущий: «Но как родители должны реагировать?»

Игорь Вачков: «Родители должны, прежде всего, очень внимательно следить за реакцией ребенка. При отказе ребенка слушать сказку, особенно вот в те моменты, которые являются страшными, родители должны сразу прекратить это делать. Интересный факт, ведь ребенок, отказавшийся слушать сказку вот в данный момент, часто через какое-то время сам просит прочитать ее. Он боится, он сжимается, он поднимает плечики, но проживает этот страшный момент со своеобразным даже удовольствием. Ему это нужно. И важно только не спешить в этим. Не пытаться напугать его раньше, что называется, чем он сам окажется готов к этому».

Ведущий: «Но в сказках есть еще один спорный педагогический момент. Емеля лежит на печи, и всe у него делается по щучьему велению. Или горшочек сам варит кашу. Вот это проблема или нет?»

Игорь Вачков: «Это проблема, безусловно, лень, как проблема. Но опять же, вы никогда не обращали внимание, что тот же Емеля, он ленится вначале, он действительно ленится. Но если мы внимательно посмотрим, что происходит в самом сюжете сказки, то мы видим, что он просто вынужден проявлять активность. Это еще одна из функций, направлений сказки — это пробуждение активности ребенка через преодоление лени. Ну, любой ребенок лентяй. И когда он читает про Емелю, он себя идентифицирует с ним. Он говорит, о, это про меня. А потом, когда Емеля начинает преодолевать трудности, он тоже, как бы вместе с ним, это делает. Поэтому всe не так просто».

Ведущий: «Большое спасибо, Игорь Викторович. О жестокости и лени в детских сказках мы говорили с доктором психологических наук Игорем Вачковым».

Что каждый из нас должен помнить, выбирая книжки для детей.

Покупая сборник сказок, обратите внимание на рекомендации. Как правило, особая пометка есть уже на первой странице — для какого это возраста.

Читая сказку, внимательно следите за реакцией ребенка! Если он плачет, прячется под одеяло или еще как-то проявляет испуг, то тут же перестаньте.

Однако выбрасывать такую книжку не надо, ребенок через какое-то время сам попросит ее прочитать, когда будет готов пережить этот страх.

И помните, дети очень многое воспринимают совсем не так, как мы, взрослые. То, что для нас — немыслимая жестокость, для ребенка — нормальная и понятная ситуация, которая подсказывает ему как ему реагировать на те или иные события в жизни.

Комментарии запрещены.

Навигация по записям